Обратная связь
×

Обратная связь

Гражданская Оборона. Исповедь фаната (18+)

    2021 ж. 06 желтоқсанда сағат 12:56-да
  • 2149,9
  • 450
  • 45
  • 2149,9
  • 450
  • 45
Рок-н-ролл — это действительно народная музыка. Вообще всё, что делается честно, изо всех сил, отчаянно и здорово, — всё народное.

Егор Летов

Странно: из десяти божиих заповедей я доселе вполне успешно исповедовал ту, которая говорит: “Не сотвори себе кумира” (Исх. 20:2—17).

И тут на тебе, Алматы в сотнях оттенков серого, конец хмурой осени и вполне себе ослепительное начало снежной зимы (рай для того, кто устал от тропиков как я), глыбы панелек вокруг, обильный пар из глотки, а в наушниках, одежде (спасибо, Касл-Рок!) и голове всё звенят мотивы Егора “Я всегда буду против” с вечным решением проблем мирового гуманизма или “Система” где, несмотря на бунтарский задор и идейную пассионарность, ты всё равно сядешь на колёса, а я сяду на иглу. А всё потому что пластмассовый мир победил, макет оказался сильней и никому нахрен в нашем мире не сдался ломтик июльского неба. И всё же оборону надо держать - до конца! Пока мы идём в тишине по великой весне.

Раз уж я нарушил эту богом данную заповедь, я могу рассчитывать если не на индульгенцию (ну а если платную – то и не надо), то хотя бы на исповедь (которая суть прерогатива грешника). Как вы уже наверное догадались, этот пост будет посвящён “Гражданской Обороне”, её бессменному создателю и лидеру Егору Летову, а также тому как творчество этой группы нашло свой приют в пиратском плейлисте автора этого опуса и просто ребят, кто если не длинной чёлкой, то у кого сердце бьётся в бешеный такт нетленки “Всё идёт по плану” …

А моя душа захотела на покой,
Я обещал ей не участвовать в военной игре,
Но на фуражке на моей серп и молот и звезда,
Как это трогательно серп и молот и звезда,
Лихой фонарь ожидания мотается,
И всё идёт по плану…

Биография: “Если праздника нет, то эта жизнь нахуй не нужна!”

Гражданская Оборона. Исповедь фаната (18+)

16-летний Егор Летов, 1982 год

Егор (настоящее имя - Игорь) Фёдорович Летов появился на свет в Омске 10 сентября 1964 года, в конце хрущёвской оттепели и самом начале брежневского правления: когда надежды на светлое будущее и вера в коммунизм сменялись застоем и массовым разочарованием. Последний факт важен: социальный климат не мог не повлиять на мировоззрение и творчество Егора, придав им ярко выраженный протестный характер.

О семье лидера “Гр.Об.” известно немного: мать (1935-1988) его была врачом, а отец участником ВОВ (р. 1926), позднее занявший райком КПРФ вплоть до своей смерти в 2018, пережив сына на десять лет после его кончины (умер Егор в 2008, на 43-ем году жизни). У Егора также есть ныне живущий старший брат, Сергей, достаточно известный саксофонист в разные времена выступавший с “Гражданской Обороной”.

О взрослении Егора также известно мало – сведения крайне скупы, а сам лидер и основатель культовой панк-группы неохотно рассказывал о том, что же было до “Гражданской Обороны” и сходных проектов. Однако в выпуске омской “Комсомольской Правды”, посвящённому школьному периоду Егора, одноклассники описывают его как чуть ли не ботаника, доброго и прилежного октябрёнка, к которому между тем тянулись сверстники: с младых ногтей Егор был любознательным и потому интересным. Что до того, какой была первая любовь и дружба Егора, какие были первые разочарования и успехи – об этом история умалчивает.

Но без тени сомнения, если с высоты успеха “Гражданской Обороны” взглянуть на туман юных лет её отца-основателя, то это был период великих впечатлений и ассоциаций, которые и подготовили и обтесали в Летове многогранность его личности.

После окончания школы Егор переезжает в Подмосковье к своему брату, чтобы поступить в московское строительное ПТУ. Однако вскоре из-за хронических прогулов Летова-младшего отчисляют, и он возвращается в родной Омск. Почему это произошло? Действительно ли дело было в хронических прогулах и отсутствии интереса в учёбе? По словам Сергея Летова, причина лежала в несоответствии Егора с его новым окружением:

Егор был другим […] Он считал, что идеальный мир Москвы, в который я пытался его втащить, это нечестно и неправильно. Считал себя частью другого мира, частью “поганой молодёжи”. Поэтому, когда у него не сложилось в Москве, он вернулся в Омск с познаниями, которые почерпнул в столице, в кругах, в которые я его ввёл.

Разочаровавшись в столичной мегаполисной жизни и её культуре Егор словно вернулся к родной почве для того, чтобы пустить корни у себя дома, в далёкой Сибири, где несмотря на холод и статус провинции, должно вырастить нечто ещё доселе невиданное и великое…

Начало творческого пути: “Не надо нас пугать. Нам нечего терять. И нам на всё насрать и растереть!”

Гражданская Оборона. Исповедь фаната (18+)

Жизнь для меня — это непрекращающийся поиск, добывание новых книг, музыки, фильмов, "переваривание" их, переживание и возможная отдача, либо — "в закрома".

Егор Летов

В 1982 году Летов и его друг, Кузьма Рябинов (Кузя УО – сокращённое от “Умственно Отсталый”; Летов же носил кличку Егор Дохлый) основывают группу “Посев”, получившей своё название в честь известного в то время антисоветского журнала. Группа просуществовала два года, аккурат до создания “Гражданской Обороны” и носила формат домашнего проекта без намёка на какие-либо публичные выступления и концерты.

Творчество “Посева” – это сырые по смыслу и музыкальной аранжировке, плохо записанные и сочинённые то ли в полушутку, то ли в полуэкспромт песни. Однако уже в ней угадывается атмосфера протеста и некоего экзистенциального гнева и высмеивания, а также поэзии в жанре заумь и использования образов-взаимоисключений, столь характерные “Гражданской Обороне”. Официально песни летовского первенца никогда не издавались, хотя каким-то образом и попали в сеть; несколько песен, такие как “Поганая Молодёжь”, “Среди заражённого логикой мира” и “На наших глазах”, считающиеся культовыми в среде фанатов. В мире летовского творчества “Посев” можно сравнить с пубертатным периодом, когда ломается голос (а с ним и представление о мире), смещаются или вовсе уходят в небытие мечты и взгляды детства, на месте чего только начинают вырисовываться контуры чего-то более яркого и точного.

Поэтому не будет лишним сказать что с “Посевом” было связано творческое и личностное взросление Летова. Вдохновение он получал от прослушивания западного панк-рока. Музыкальные вкусы Летова начинались от увлечения Ramones, The Doors, и этот список всячески пополнялся вплоть до его смерти. Но интересно другое: как Летову, человеку неординарному, заходило то или иное творчество? Главный критерий – честность и подлинность.

Мне вот постоянно кажется, когда я встречаю что-нибудь НАСТОЯЩЕЕ – что это -я. Я впервые когда DOORS услышал… или LOVE… или песню “Непрерывный Суицид” – первое, что во мне возникло, это фраза: “Это я пою”. То же самое могу сказать о фильмах Тарковского, и о Хлебникове, и о Достоевском, и о Вадиме Сидуре… могу до ночи перечислять.

Но вернёмся к “Посеву”. Как проходили записи песен? Бесхитростным почерком воображение рисует начало восьмидесятых, когда до перестройки ещё неблизко, а Летов и Кузьма такие молодые, а “Гражданская Оборона” маячила где-то в тумане будущих лет. То по знакомству, то по блату, то по счастливому стечению обстоятельств сибирский тандем мог находить аппаратуру как для создания, так и для записи своих бунтарских песен-птенцов. Почему-то кажется, что в тот момент на улице могла бушевать метель, затмевая собой одинокие огни-окна соседних многоэтажек.

Где-то за стеной можно было услышать обращение Андропова, в то время как Егор и Кузьма принимались играть свои песни и музыку, создавая диссонанс с тем, что являла собой советская реальность со слов телевизионных пропагандистов, но при этом гармонируя, да так, что получалось в унисон с тем, чем была советская страна в те периоды и чем дышала молодёжь, которой не чужд зуд внутреннего поиска и тем, кто умеет читать между строк.

Гражданская Оборона. Исповедь фаната (18+)

Гражданская Оборона. Первые успехи и гонения

Гражданская Оборона. Исповедь фаната (18+)

Среди заражённого логикой мира
Я научился кусать потолок
Я научился писать на воде
Я научился орать в пустоту
И мешать деревьям стоять на месте

Егор Летов, “Среди заражённой логикой мира”

Точно нельзя сказать когда и почему “Посев” стал “Гражданской Обороной”, поэтому называю 8 ноября 1984 год как начало её непосредственного существования – во всяком случае именно этот день называли Егор и Кузьма. Название необычное, в духе группы вполне провокационное, но достаточно длинноватое, поэтому участники коллектива, а позже и фанаты сокращали название до “ГрОб” или до просто “ГО”. Весь материал по-прежнему записывался в домашних условиях – так появилась легендарная студия “ГрОб-Records”, где записывались не только егоровские песни, но и образцы творчества других панк-рок-коллективов.

Так или иначе о группе узнали местные органы КГБ, куда дошёл донос об антисоветской подоплёки её творчества. В результате Кузьма, при его проблемах с сердцем, был призван отдавать долг родине аж на Байконуре, а основной герой нашей статьи попал прямиком в психбольницу. Остальные участники – за всю историю группы их было немало – поспешили укрыться от греха подальше. Вот что Егор позже вспоминал о своём принудительном “больничном”:

Я находился на “усиленном обеспечении”, на нейролептиках. До психушки я боялся того, что есть некоторые вещи, которых человек может не выдержать. На чисто физиологическом уровне не может. Я полагал, что это будет самое страшное. В психушке, когда меня начали накачивать сверхсильными дозами нейролептиков, неулептилом — после огромной дозы неулептила я даже временно ослеп — я впервые столкнулся со смертью или с тем, что хуже смерти. Это лечение нейролептиками везде одинаково, что у нас, что в Америке. Всё начинается с неусидчивости. После введения чрезмерной дозы этих лекарств типа галоперидола человек должен мобилизовать все свои силы, чтобы контролировать своё тело, иначе начинается истерика, корчи и так далее. Если человек ломается, наступает шок; он превращается в животное, кричащее, вопящее, кусающееся. Дальше следовала по правилам “привязка”. Такого человека привязывали к кровати, и продолжали колоть, пока у него не перегорало «по полной». Пока у него не возникало необратимого изменения психики. Это подавляющие препараты, которые делают из человека дебила. Эффект подобен лоботомии. Человек становится после этого “мягким”, “покладистым” и сломанным на всю жизнь. Как в романе “Полёт над гнездом кукушки”. В какой-то момент я понял — чтобы не сойти с ума, я должен творить. Я целый день ходил и сочинял: писал рассказы и стихи. Каждый день ко мне приходил “Манагер”, Олег Судаков, которому я передавал через решётку всё, что написал.

Однако существует другая версия госпитализации Летова, куда менее романтичная, но всё же указанная в целях объективности статьи. Слова принадлежат брату Сергею:

В итоге выяснилось, что моего брата Игоря тоже посадили в психиатрическую клинику. Соседи рассказали родителям, что видели, как в их отсутствие к подъезду подъехала черная "Волга" и в ней увезли моего брата. Дома родители нашли записку - завещание самоубийцы. Мама воспользовалась всеми связями, которые у неё были, а она в течение ряда лет работала в поликлинике Четвёртого управления, и ей удалось выяснить, куда поместили Игоря. Более того, ввиду того, что она принимала участие как эксперт в работе призывных комиссий при военкомате, удалось повлиять и на персонал этой клиники, где ей пообещали, что никаких лекарств кроме витаминов, Игорю давать не будут ни при каком прописанном медиками в погонах лечении. Более того, удалось договориться, что если Игорь согласится мыть пол в отделении, то ему разрешат (неофициально, под её ответственность) выходить гулять, где он пожелает, по 3 часа в день. Отец приезжал к клинике с одеждой, забирал Игоря на такси и привозил домой. Так продолжалось несколько месяцев.

Какая версия верная, а какая – сущая небылица – пусть решает сам читатель. А пока что вернёмся к нашей любимой группе.

7 ноября 1986 года – практически два года спустя после образования “ГрОб”! – состоялись пятнадцать минут сла… но подождите. Квартирник у Александра Рожкова по словам Егора оказался полным провалом. Полтора десятка слушателей – среди которых в том числе был местный рок-бомонд - не проявили никакого интереса, что было ударом под дых самолюбию участников группы. Но как именно проходил квартирник – неизвестно. Это мог быть один из тех молодёжных вечеров, когда присутствующие больше хотели попробовать “крепкого” и вообще отдохнуть от учёбы или, кто был из них постарше, от родного завода, так что рок-надрывы безвестной группы могли быть последним, на что можно обратить внимание. Мог ли кто-нибудь из них представить, что в радиусе нескольких метров от них выступали будущие звёзды страны и, чего уж тут мелочиться, панк-идолы всего СССР и далее всего постсоветского пространства? Навряд ли. Зрителям было не до них, а представители рок-бомонда могли лишь многозначительно промолчать, лишь высокомерно взглянув на развернувшееся пред ними действо. Никто не мог оценить это. Точно также как никто не мог увидеть в раннем Высоцком автора “Охоты на волков” или увидеть в юноше с заячьей губой самого Мика Джаггера.

Но у Владимира Высоцкого, Мика Джаггера и других выдающихся исполнителей было и есть нечто общее: первое, оглушительное выступление как своего рода аттестат зрелости. И “Гражданская Оборона” здесь не исключение.

10-13 апреля 1987 года в Новосибирске проходил рок-фестиваль, куда оргкомитетом не были допущены “Звуки Му” и “АукцЫон”. В итоге в концертной программе образовалась брешь, которую нужно было как-то закрыть. Оргкомитету коллектив “Гражданской Обороны” был представлен как пай-мальчики, этакие милые ребята с творческими наклонностями, рубаха-парни, и так далее. С такой рекомендацией группу допустили на подиум, а когда они начали выступление, организаторы фестиваля спохватились довольно поздно.

Коллектив (по какой-то причине названный “Адольфом Гитлером”) вышел на сцену и, перед тем как зал опустился в ГРОБовую тишину, перед тысячной толпой началось происходить доселе невиданное, да и где - в Советском Союзе!

В воздухе зашипела гитара, по баранам посыпались бесконечные удары, а бледный как снег человечек посередине, словно кукла заводящаяся спинным ключиком, пришёл в неистовое движение. Худощавый патлатый парень в чёрных очках и в нараспашку открытой косухе, почти насквозь проколотой блестящими скрепками, на левой стороне которой красовался красный символ анархии, а сзади было намалёвано “Панки Хой”. начал судорожно ходить взад и вперёд по всей сцене, то кружась, то танцуя, то полувздымался, то полуприжимался к сцене, или проделывал всё это в точности наоборот, или же менял комбинацию своих безумных движений в такт играющей музыке. Временами к своему гримасничающему рту он резко подносил микрофон, куда вскрикивал странные рифмы, которые хоть и звучали на русском, было сложно понять, сынтерпретировать, но что в то же время было понятно (скорее – принимаемо) настолько, насколько это не могло не нравиться. Боюсь об заклад, что толпа в тот момент напоминала тех, перед ком изобретатель мог вскричать слово “Эврика!” показав работу доселе невиданного изобретения – что в, сущности, и произошло. Перед толпой происходил апофеоз панк-рока, эпатаж в кубе, длившийся ровно 25 минут – время, которое можно разменять на сонную поездку нескольких станций питерского, московского, или же всего алма-атинского метро. Но эти 25 минут стали одним из первых краеугольных камней в фундаменте панк-рока Сибири и впоследствии всей советской, а затем и просто России…

Впечатление от выступления породило появление фанатов группы, которые, посещая нелегальные квартирники и просто тусовки разносили славу о ней. Эту цепную реакцию остановить было нельзя.

Воодушевлённый успехом Егор записывает больше песен: за май – июнь того же года в свет вышло целых пять альбомов! Создавались они в тех же домашних условиях, и на этот раз в записи приняли участие следующие лица:

Джа Егор — вокал; Лукич — ударные; Майор Мешков — гитара; Килгор Траут — бас; Дохлый — гитара.

Откуда взялись все эти люди? Пополнился ли состав группы после своего первого успеха на сцене? Вовсе нет. Все они – и есть Егор Летов, в одиночку (!) записавший пять альбомов в порыве вдохновения. Из интервью 2005 года артист вспоминал запись альбомов так:

Летом 1987 г. виртуальной фирмой ГрОб Records были одновременно выпущены в подпольное распространение пять магнитоальбомов — “Красный альбом” (в выходных данных намеренно неверно датируемый 1986-м годом), “Мышеловка” (тоже якобы 86), “Хорошо!!”, “Тоталитаризм” и “Некрофилия” (все три — 87). Все эти опусы были записаны единолично мной у себя дома (ГрОб-студия) в первых числах июня 1987 г. путём последовательных наложений инструментальных партий одна на другую. Сначала писались ударные, затем — ритм-гитары (преимущественно на отдельный канал), басс (на другой канал, или же — на оба), и, в конце концов — голос, одновременно с гитарным соло. Впоследствии, при сведении, всё полученное собиралось в определённой последовательности и пропускалось через некую delay-образную обработку оригинального, не имеющего аналогов свойства — и альбом был готов.

Между тем КГБ не дремлет. Охота на ведьм продолжилась, и Летов уходит в бега чтобы вновь не оказаться в психушке. Со своей подругой и первой пассией – культовой певицей Янкой Дягилевой – он колесит от Москвы до Киева, от Киева до Крыма, а затем снова в Москву. Кочевой образ жизни продолжился до конца 1987-го года, когда розыск вроде бы как прекращается, и Егору ничего не оставалось как вернуться в родной Омск.

А что было дальше? А дальше популярность группы только росла, пачками издавались новые альбомы (в том числе материал времён “Посева”), проводились концерты, среди которых особо запомнился 2-ой новосибирский фестиваль и покорение московской сцены в “Измайловской” во время проведения “Сырка-88”. В то же время происходит пополнение группы новыми участниками: к “Гражданской Обороне” присоединились Аркадий Климкин, Игорь Жевтун и другие. Каждый из этих (и будущих) участников привносил в группу что-то своё, благодаря чему она и обрела свой неповторимый почерк.

Но что тогда, в пору своего появления, что позже, когда творчество группы зрело и расцветало, что в её финальных годах, её главным лицом оставался великий, неутомимый и неповторимый Егор Летов.

“Егор и Опизденевшие”. Девяностые

Гражданская Оборона. Исповедь фаната (18+)

В процессе сочинения я создаю нового себя, новое бытие, вообще весь мир.

Егор Летов

В 1990 году Егор неожиданно для всех принимает решение о роспуске “Гражданской Обороны”. Происходит это на самом пике славы – отчего решение кажется потому более нелепым и нелогичным.

Но ведь решение принял Летов – человек, склонный к действиям и движениям, которые нередко не поддаются, да и не должны поддаваться заражённому логикой мира.

Нет, Егор не прекратил заниматься музыкой. Более того, решение было связано с тем, чтобы сохранить своё творчество. Но причём же тут роспуск? Зачем нужно было распускать то, что создавалось годами неимоверных усилий?

Да при том, что Егор не хотел славы – он считал её очень утомительным занятием, эти вечные встречи с поклонниками, многие из которых не слишком-то понимали главный посыл “ГО”– стремление вырваться из всех возможных рамок реальности, совершить прыжок веры по ту сторону бытия, да так, чтобы приземлиться на территорию вечной свободы, где нашло своё долгожданное торжество радость и счастье. Нет, вместо этого фанаты слышали в текстах и музыке своего гуру бунтарский дух, антисоветчину, антигосударственность и прочие “анти-”. Нет, их слух не совсем ошибался: бунтарство, особенно в первых альбомах “ГрОб” фигурировало в качестве зазывной составляющей творчества. Но беда фанатов была в том, что они не хотели “копать” дальше – чтобы за анархией обрести свободу духа.

Но вернёмся к судьбе группы. “Гражданская Оборона” не исчезла, а дабы скрыться от медийных радаров, от сумасшедших и надоедливых поклонников была переформатирована в “Егор и Опизденевшие” – всё ту же Егор и компанию, неспроста носившую теперь недопустимое название, ведь таким образом её появление в СМИ было крайне затруднительно. А становится частью музыкального рынка Егору совсем не хотелось – ведь цена того стала бы свобода творчества. Разве это нужно подлинному художнику?

“Егор и Опизденевшие” просуществовали с 1990 по 1993 год. За это время были выпущены альбомы “Прыг-Скок: детские песенки” и “Сто лет одиночества”. А в 2002 году ограниченным тиражом был издан “Психоделия Tomorrow” – кажется, это были наработки начала девяностых, не вошедшие в альбомы тех лет, но которые зато позже были переработаны и записаны как своего рода трибьют “Опизденевшим”. Многие из песен того времени были также записаны Егором в одиночку – поэтому Егор в группе оставался Егором, лишь временами занимая роль одного из “опизденевших”.

Особенно интересна история появления “Прыг-Скок: детские песенки” как замысла, рассказанная Егором в одном из многочисленных интервью:

В 90-м году меня покусал энцефалитный клещ на Урале, у меня была температура 41 градус в течение месяца, и меня должно было парализовать. Но я смотрел матчи Камеруна, почему я ему альбом-то и посвятил, они меня спасли, собственно говоря, и писал песни все вот эти — про дурачка, альбом весь “Прыг-Скок”. Врачи говорили, что в любой момент меня может парализовать или я с ума сойду. Но ничего. Оказывается, человек привыкает ко всему. Я не спал все это время. Потом привык. А потом взял, и неожиданно выздоровел, сам, без всяких лекарств. Приехала Янка, я закончил альбом, свёл его, и все. Это был у меня, я считаю, критический момент. После этого я вообще ничего не боюсь.

В альбом вошёл один из известнейших хитов группы – песня “Про дурачка”. Её текст, составленный частью из видоизменённого древнерусского заклинания на смерть (“Ходит покойничек по кругу, ищет покойничек мертвее себя”), частью из бессвязных фраз самого Летова во время энцефалитной горячки. В оригинальной версии песни… нет ни единого музыкального инструмента. Песня сплошь состоит из декламации стихов Егора, сопровождаемые многоголосым “та-да-даам” всё того же Летова. Получалось как всегда достаточно оригинально, нетипично и сложно для ушей обывателей (да и многих фанатов).

Про дурачка. Попытка интерпретации

Ходит дурачок по лесу,
Ищет дурачок глупее себя.

Идёт смерть по улице, несёт блины на блюдце:
Кому вынется – тому сбудется.
Тронет за плечо, поцелует горячо,
Полетят копейки из-за пазухи долой.
Ходит дурачок по лесу,
Ищет дурачок глупее себя.

Зубастые колёса завертелись в башке,
В промокшей башке под бронебойным дождём.
Закипела ртуть, замахнулся кулак –
Да только если крест на грудь,
То на последний глаз пятак.

Ходит дурачок по лесу,
Ищет дурачок глупее себя.
Моя мёртвая мамка вчера ко мне пришла,
Всё грозила кулаком, называла дураком.
Предрассветный комар опустился в мой пожар
И захлебнулся кровью из моего виска.
Ходит дурачок по лесу,
Ищет дурачок глупее себя.

А сегодня я воздушных шариков купил,
Полечу на них над расчудесной страной,
Буду пух глотать, буду в землю нырять
И на все вопросы отвечать: “Всегда живой!”
Ходит дурачок по небу,
Ищет дурачок глупее себя.
Светило солнышко и ночью, и днём.
Не бывает атеистов в окопах под огнём.

Добежит слепой, победит ничтожный –
Такое вам и не снилось.
Ходит дурачок по лесу,
Ищет дурачок глупее себя.

Песня, как и львиная доля творчества Летова, состоит сплошь из образов, символов, намёков или скорее полунамёков. На мой взгляд песня “Про дурачка” посвящена смерти: вот она идёт по улице, несёт ядовитые блины для всех и каждого, а дурачок и не прочь отломить кусочек.

Песня достаточно автобиографична – дурачок-обыватель может быть и сам Егор, который ходит по нашему огромному, странному, нелепому, жестокому, в общем и целом вмещающему в себе всевозможные разнообразные-безобразные качества мире-лесу, где так легко заблудиться, но где так непросто найти того, кто глупее тебя – чтобы это для нас не значило.

Мёртвая мамка может быть отсылкой к встрече дурачка-обывателя со своим духом-предком – мол, не туда тебя занесло, дурачина. Поэтому смерть минует главного героя – предрассветный комар, отравивший Егора, сам тонет в молодой и сильной крови.

На дурачка нисходит ощущение эйфории, и вот на седьмом небе от счастья вновь вкушённой полноты жизни, он летает на шариках, готов нырять в землю или глотать пух – в общем развлекаться как может, потому что отныне он “всегда живой”. Солнышко жизни светит и ночью и днём, атеистов не бывает в окопах под огнём – теперь в мировоззрении дурачка есть только жажда к жизни. Но в ней бывает всякое, да так, что никому и не снилось – до финиша может добежать и слепой, благородного побеждает ничтожнейший из ничтожных – и поэтому не стоит играть с огнём, стоит следить за собой и не поминать лихо пока оно тихо. Между тем дурачок исследует лес-мир вокруг себя дальше, ищет глупее себя – для того ли, чтобы самоутвердиться, или с целью найти родственную душу, которую следует просветить пережитым, или снова поиграть с огнём. Это ли имел в виду Егор или нет – может да, а может нет.

Лучше же всего слушать песню и наслаждаться. Правда остаётся в ушах услышавшего…

Любви не миновать

Гражданская Оборона. Исповедь фаната (18+)

Над землёй много чёрных ворон,
У судьбы много разных сторон,
Но в какую сторону не пойдёшь
Всё равно любви не миновать.

Егор Летов, “Любви не миновать”

Егор познакомился с Янкой Дягилевой в апреле 1987 года, на самой заре своей популярности. Мы уже неплохо знаем Егора, но что же до его новой знакомой, а чуть позже – первой любви?

О Янке Дягилевой очень сложно говорить в двух-трёх словах или даже нескольких параграфах. На небосводе русского рока времён перестройки это звезда, и звезда не менее яркая, чем Егор Летов – пускай свет её мертвенно-тусклый, как и природа её песен. Ведь они – пронизанные горькой тоской по несбывшемуся, да и всецело мало сбывающемуся, плохо понятой окружающими печали – это сравнимо с тем, когда уже всё, невмоготу, и тебе хочется шагнуть в пропасть – но вместо пропасти ты погружаешься в песню, в которой крик души сливается с нотами бешеных гитарных аккордов, и слушая такое – одновременно хочется и жить, и умереть.

Иными словами, в Янке, как и в Егоре, был некая искра, лучик света в душе, и когда он и она встретились, начали знакомство друг с другом ближе, эти лучи не могли не пересечься. Так, наверное, и вспыхивает большая, вселенская любовь. Они писали друг другу нежные письма, гуляли вместе, обсуждали творческие планы, которые на период времени стали для них общими. Они спорили на философские темы, а когда речь заходила о роли и положении человека в нашем непростом мире, Янка говорила, что уже за это человека следует жалеть. Егор же мыслил в противоположном ключе, доказывая, что человек – это изначально кукиш в кармане, способный, однако, дорасти до семи поднебесий. Поистине, Егор был огнём, а Янка – водой.

Она была спутницей Летова во время его бегов от КГБ в 1987 году, на пару играя с ним во время квартирников – и это продолжилось по возвращению в родной Омск, где она была принята в качестве басистки в “ГрОб”. Вместе с Егором Янка записала песню “Деклассированным элементам” из альбома “Не положено”, также приняв участие в других проектах.

Но если двум влюблённым сердцам беспроблемно возможно, то двум талантам никак нельзя ужиться вместе. Во время записи Егор подгонял песни Янки под собственные рамки творческого видения, что не могло не выливаться в конфликты. Янка была далека от летовского панк-рока, но продолжала гастролировать с группой даже будучи самостоятельной творческой единицей – в первую очередь по материальным причинам. Отношения с Егором переросли в чисто деловые, а после их последней встречи зимой 1991 года её состояние стало ухудшаться.

При этом друзья и знакомые Янки запомнили её как весёлую и добрую девушку, с заразительным смехом. Что не вяжется с текстами её грустных песен, также изобилующими символами и недомолвками, как это есть у Летова. В своей знаменитой песне Янка словно напророчила свою гибель:

Не дохнет тело в моем драном мешке
Не вспыхнет поле на другом бережке
Придёт вода
Я буду спать

Янка Дягилева, “Придёт вода”

Её тело было случайно обнаружено 17 мая 1991 года, местным рыбаком в реке Иня. Обстоятельства гибели до сих пор не до конца выяснены: официальная версия гласит о самоубийстве, но друзья и знакомые, включая Егора, в это не верили; голова Янки была проломлена, в лёгких не обнаружено воды, поэтому она могла погибнуть от рук местных хулиганов, скинувших тело в реку. Ей было всего 24 года.

После похорон пьяный Егор явился в дом Янки, и, возможно, пройдя через вереницу возмущённых родственников, которым он вряд ли был мил, забрал из стола почившей Янки все бумаги – переписку, личные записи, всё то, что принадлежало сердцам бывших влюблённых. Как гласит фанатская легенда, в тот же вечер, у себя дома, при свете луны, Егор исполосовал свою руку кровавым крестом в память о своей первой любви.

В интервью Летов всегда отзывался о Янке как о своей жене, тепло вспоминая её. Говорил он это слишком просто, будто отвечал на дежурный вопрос, но с блеском в глазах…

Вторая пассия Егора была Анна Волкова, по словам брата Сергея – самой красивой и лучшей из всех жён Егора; но пара рассталась по причине измены со стороны главы “ГО”, и того, что он поднял руку на Волкову когда она устроила истерику на почве ревности. Может по этой и по многим другим причинам спустя годы Егор откровенно скажет о себе, как о говнистом человеке – таком, что немало обидел на своём веку людей.

Третьей и последней женой была Наталья Чумакова, сопровождавшая уже в качестве вдовы своего мужа в последний путь. Как и предыдущие спутницы нашего героя, она была участницей “Гражданской Обороны”, при этом не отличаясь ни особой красотой, ни талантом. Возможно именно такая женщина и устраивала Летова.

Сейчас она зарабатывает деньги с творческого наследия своего мужа…

Я всегда буду против!

Гражданская Оборона. Исповедь фаната (18+)

А кто не обломался, тем ещё предстоит
Патронами набейте непокорному грудь
Вникая изнурённо в просоветский пиздёж
В здоровом государстве будет здравый покой
Я всегда буду против!

Егор Летов

В 1993 году Егор обращается к концертной деятельности и возвращает оригинальное название группы – “Гражданская Оборона”.

Связано это на сей раз с политикой. Егор не мог не быть равнодушным к процессу распада СССР и к политическим событиям первой поры существования Российской Федерации; так, Егор с сожалением принял факт распада Советского Союза и участвовал в защите Белого Дома во время кризиса 1993 года. Егор присоединяется к Эдуарду Лимонову и Александру Дугину, к их партии “Нацболов”. Предоставим Егору слово как участнику событий тех лет:

Ситуация плачевная. Удручающее впечатление оставляют действия оппозиции, как центристского так и радикального толка. Население, похоже, впало в глубочайшую социально-политическую депрессию в самой патологической форме. Наш народ постигло какое-то стариковское бессилие, безропотное смирение, уныние, опустошение. И, видимо, это надолго. И речь идёт не о месяцах и годах, но о тягостных десятилетиях. Летнее политическое затишье плавно, но верно переросло в замогильное беззвучие, изредка прерываемое всплесками смехотворного мышиного копошения на потеху правящей хунте.
Это последствия чудовищного поражения, которое мы потерпели в октябре 1993 г. Мы проиграли из-за политической близорукости, преступной нерешительности и попросту трусости большинства наших лидеров. Когда в ночь с 3-го на 4-ое власть пошатнулась — необходимо было использовать ВСЕ средства, ВСЕ методы, не страшась неизбежного кровопролития, и взять контроль над ситуацией — дабы раз и навсегда остановить бесконечные кровавые разливы, затопляющие нашу землю все эти годы по вине правящего оккупационного режима. Но оружие не было роздано — и безоружная гражданская армия была послана на штурм Останкино, где истинные пассионарии и пали в первую очередь. А назавтра тех, кто остался в живых, хладнокровно добивали в Белом доме. При этом не пострадали ни один депутат, ни один оппозиционный лидер. Народ устал и разуверился в своих славных вождях, за которых пролил столько крови. Увы, момент упущен. Очевидно придётся начинать все сначала. С нуля. Создавать подпольные ячейки, комитеты, пятерки. Печатать и распространять литературу, вести агитацию, выпускать газеты, клеить листовки и т. п. — действовать, используя положительный опыт и учитывая досадные промахи первых русских революционеров — Нечаева, Бакунина, Ленина и других первопроходцев. Бережно, терпеливо и решительно готовить НОВУЮ РЕВОЛЮЦИЮ — подлинную, сокрушительную и бесповоротную.

Так кем же был Летов? Коммунистом, или по-прежнему оставался эпатажным анархистом, решивший привнести свои взгляды из творчества в реальность? Егор называет себя советским националистом, чья предательски погибшая родина СССР несла эстафету в построении царства божия на земле.

Но разве не Егор был тем, кто прежде боролся против советской власти? Разве его песни не были полны антисоветчины? Егор объясняет, что он никогда не боролся против советского государства как такового. Вместо этого, его цепкие и острые рифмы были направлены на тех, кто искажал советскую идеологию, идеи Ленина и Маркса. Что ж, в искренний патриотизм Летова можно поверить. Но всерьёз ли он говорил, когда предвосхищал (и чего ни он, да и никто другой так и не стал свидетелем) появление подпольных ячеек компартии ради борьбы против хищных интересов иностранного капитала в лице ельцинской России? Сейчас его слова отдают наивностью, хотя им нельзя не сочувствовать – сколько в них горькой, трогательной правды, но увы такой, что для думающих людей давно превратились в сонм несбывшихся идеалов. С позиции нашего времени, конечно.

Деятельность Егора в партии была недолгой: уже в конце девяностых он, разочаровавшись, сдаёт свой партбилет, и начинает целиком посвящать свою жизнь музыке. Однако участие Егора в оппозиции не прошло безнаказанным: его фанаты разбредаются на два противоборствующих лагеря; некоторые из них даже открещиваются от своего былого увлечения “ГО”; лейблы, музыкальные магазины и журналы демонстративно предают группу негласной или очевидной анафеме. А что он сам? Как и прежде, Летов относится к решениям СМИ прохладно, ничуть не удивляясь своему вновь полузапрещённому статусу. Ведь максимум, что может произойти это его временный уход из медиапространства; фанатов, как старых, так и новых, группе всегда хватало с избытком. Свобода творчества – вот что главное, а Егор как был, так и остался, вплоть до своей смерти неподкупным и ничьим, целиком и полностью только самим собой, свободным и независимым.

Конец 90-ых – начало 00-ых. На излёте

Гражданская Оборона. Исповедь фаната (18+)

Мёртвые не тлеют, не горят
Не болеют, не болят
Мёртвые не зреют, не гниют
Не умеют – не живут

Егор Летов, “Мёртвые”

В 1997 году вышли альбомы “Солнцеворот” и “Невыносимая лёгкость бытия”, после чего до 2002 года группа пребывала в своём роде творческом застое. От политики Егор полностью перешёл в творчество – ему надоело быть приманкой оппозиции, которая пользовалась им как магнитом для привлечения сторонников, а сам Егор понял, что его политические идеалы так и останутся непонятыми и неуслышанными большинством.

В конце 1999 года басист и гитарист группы Евгений “Махно” Пьянов находясь в алкогольном опьянении выпал из окна и разбился на смерть; за пять лет до этого умер гитарист Игорь Гуляев. Это не первые смерти участников группы – в общей сложности в группе успели сыграть, уйти, остаться и снова уйти более тридцати человек (!), далеко не все из которых живы и здоровы по сей день. Кто-то ушёл из жизни ещё в конце восьмидесятых, а что до Егора и Кузьмы, отцов-основателей “ГрОб” и смежных проектов, то оба они находятся в мире ином. Как было указано в начале статьи, Егор прожил всего 43 года, а Константин Рябинов (он же Кузя УО) в возрасте 55-ти лет присоединился к Егору в середине марта 2020 года – он был найден мёртвым в своей питерской квартире. Но группа, балансировавшая на грани и пределе всевозможных эмоций, жизни и смерти, запретов, ненависти и обожания, всё ещё жива в своём наследии. Пока живы её фанаты, конечно.

Но вернёмся к времени, когда Егор и сотоварищи были живы. В 2002 выходит альбом “Звездопад”, частью состоявший из перепевки советских песен (“На дальней станции сойду”, “Песня красноармейца”, “Город детства” и так далее), частью из новых синглов, сочинённых по-прежнему Егором. Самому Летову к тому времени было почти сорок, столько же практически всем его коллегам – барабанщику Александру Андрюшкину и третьей супруге Егора Наталье Чумаковой. “Звездопад” это не эпатажный по форме и не дерзкий по своим эмоциям и призывам русский панк-рок; теперь это назидательные мотивы, которые по-прежнему пропагандируют избавление от всевозможных цепей уже буржуазного, а не тоталитарного общества. Но в основе пропаганды теперь – не отчаянное вставание на баррикады, а созидательный уход от ловушек рутинного однообразия.

Практически то же самое можно сказать об альбоме 2005 года, “Реанимация”. Но в песнях “Собаки”, “Беспонтовый Пирожок” и “Нас много” Егор вновь обращается к социально-политическому, подтрунивая над непричастностью и откровенным пофигизмом большинства окружающих к происходящему в стране. И если в двух первых поётся о некоем поражении перед власть имущими, то третья песня оставляет надежду на лучшее.

“Я не настолько нищий чтобы быть всегда лишь самим собой, и меня непременно повсюду несметное множество, целое множество” – в этой строчке Егор намекает, что если революции хоть и не быть, то тех, кому не всё равно – остаётся немало, и поэтому не всё потеряно.

В том же 2005 году были переизданы “Солнцеворот” и “Невыносимая лёгкость бытия”, названные теперь, по словам Егора “дабы сбить пафос”, “Лунный переворот” и “Сносная тяжесть небытия” – часть так называемого “Русского Прорыва”, времени когда Егор был политически активным. Почему Егор решил переиздать относительно недавно изданное? Возможно он мог предчувствовать, что мир и люд вокруг него всё больше и больше клонит в сон, убаюканные и соблазнённые регалиями буржуазного мира, и оставил сии альбомы как инструкции к борьбе, дополнив их чем надо?

И на этот раз правда в ушах услышавшего, но понявшего.

Зачем сняться сны?

Гражданская Оборона. Исповедь фаната (18+)

В 2007 году выходит последний альбом “Гражданской Обороны” - “Зачем сняться сны?”. По звучанию и текстовым смыслам это самый позитивный и вместе с тем сюрреалистично-психоделический из всех альбомов Летова. Создаётся впечатление, будто во время записи песен Егор словно обрёл второе дыхание, и готов зажигать новые звёзды на небосклоне своего творчества…

Возникновение последнего альбома случилось с классического бэд-трипа, кислотной передозировки, если кто не понимает (чего со мной никогда доселе не случалось), который, собственно, и дал толчок к дальнейшему развитию событий. После глобального переосмысления произошедшего, двухнедельного самоочищения и самокопания был предпринят вторичный штурм, после чего я перескочил кучу уровней, получил опыт невероятный, которого у меня не было доселе, и стал в определенном смысле вообще другим человеком. Кроме того, у меня открылся, как я это называю, «колодец», из которого хлынула сама собой поэзия, творчество. Я потом ходил по лесу и всяким пустынным местам с диктофоном и едва успевал записывать то, что из меня изливалось непрерывным разноцветным потоком.

Увы, этот альбом стал последним. По словам Егора, во время работы над ним он, хоть и с помощью наркотиков, достиг нового восприятия реальности, и просто нового я – но внезапно нагрянувшая кончина (впрочем, никак не связанная с наркотиками, тем более Летов котировал только марихуану, ЛСД и прочие меняющие мировосприятия вещества) помешала его планам. Правда, по его же словам это мог быть последний альбом, будь он даже живым.

Последний альбом забрал всё, что было в наличии, поэтому может статься, что больше альбомов вообще не будет, так как мой принцип — не повторяться и, во-вторых, каждая следующая работа должна быть не слабее предыдущей, а просто, как выразился Семеляк, "преумножать” дискографию бессмысленно […]
С окончанием “Зачем Снятся Сны” я считаю, что мой очередной период жизни исчерпан и плодотворно закрыт. В таких ситуациях охота заниматься новыми, неожиданными вещами, не знаю ещё, какими…

Но Егору были присущи подобные “прощальные слова” (уж очень любил Игорь Фёдорович дразниться), вдобавок временами он был человеком настроения – ведь когда-то он противился своей публичности, а спустя время возобновлял свою концертную деятельность как ни в чём не бывало.

Но на сей раз случилось то, что случилось. Летов ушёл на тот свет, чтобы узнать и увидеть воочию зачем сняться сны.

“Жизнь всё равно продолжается – смерти нет”

19 февраля 2008 года Игоря (Егора) Фёдоровича Летова не стало. Смерть наступила от остановки сердца. Ему было 43 года, а по факту – несколько тысячелетий сотен жизней и образов, которые он проживал вместе со своим творчеством – и это не считая неизданного.

Странное это дело – писать некролог о давно усопшем человеке. Кто я такой, чтобы воздвигать ему почести по случаю его кончины, тем более делать это столь запоздало? Лучше его самого сказать не получится:

Когда я умер,
Не было никого,
Кто бы это опроверг.

Сие было написано 4 апреля 1988 года – все последующие годы Егор Летов жил если не в полной готовности, то в полной принятии смерти. Бесстрашно он жил, творил, любил и точно также шагнул в вечность – такими же были и остаются его песни навеки в сердцах фанатов.

Исповедь фаната

Гражданская Оборона. Исповедь фаната (18+)

Я наткнулся на “Гражданскую Оборону” совершенно случайно. Был это то ли 2012, то ли 2013 год. В рекомендациях YouTube всплыло “Русское поле экспериментов”, я кликнул на картинку, в которой четыре безбашенных весельчака неслись по снежным сибирским лугам. И всё заверте…

“Гражданская Оборона” стала тем спутником, без которого я не мог обойтись, как в Царстве Аида не могут обойтись без Харона, перевозчика душ умерших через мутный Стикс – который в моём случае воплощался в спальных районах Алматы, с их эстетикой постсоветской жилищной безнадёги и суетной погибели. То были 10-11 классы, в душе била ключом депрессия, а я жил книгами русской классики, пытаясь не замечать мир и тренды вокруг себя. Странно, но я принял творчество Летова с распростёртыми объятиями, но разве здесь можно чему-либо удивляться? Всё настоящее легко входит в человеческие сердца.

Поначалу мне было сложно привыкнуть к песням, особенно скрежету нечёткой записи что часто встречается в “ГО”. Но было в них нечто такое, к чему хотелось возвращаться снова и снова. Какая-то неповторимая энергетика, грубая, чокнутая, с колюще-режущими рифмами, лезвиями-парадоксами, и невозможными эпитетами. В сравнении с многими коллегами по цеху у Егора Летова не было особых вокальных данных. По сути он и не поёт в своих песнях, а скорее вопит свою странную поэзию, которая не столько похожа на рок, сколько на творчество Введенского и Хлебникова, только с более резкими и дерзкими оборотами.

Для меня прослушивание песен "ГО" стало сродни ритуалу: гротескные формы её песен приводят в движение душу, заставляя её жить и действовать как бы вопреки всему, что непотребного творится вокруг тебя - а в нашей постсоветской реальности практически всё, от правительства, до пешеходов на улицах, действует неправильно, пошло, коварно и глупо. Когда всем насрать на твоё лицо, когда всё твоё сокровенное было отдано на корм толпе, когда ты всеми нарочито бесполезен, когда все вокруг тебя - беспонтовые пирожки, охранявшие сумки на протяжении своих жалких жизней, а все мы - тонкий лёд под ногами майора, твоя душа не может, да уже не хочет и не имеет права уйти на покой.

Так наступает момент одеть автомат, форму и противогаз, и сквозь толщу всего хуёвого и пизданутого, что есть в этой жизни, отвоёвывать своё место под солнцем - для того, чтобы о тебе потом сказали: а он увидел солнце!

Это битва внутри каждого из нас, и мы идём в тишине, по убитой весне, по разбитым домам, по седым головам... ведь я всегда буду против!

Пластмассовый мир победил
Пакет оказался сильней
Последний кораблик остыл
Последний фонарик устал
А в горле сопят комья воспоминаний
О-о! Моя оборона

Егор Летов, “Моя Оборона”

Это и моя оборона, Егор, ты слышишь?! Как и твоих преданных фанатов, волею судьбы раскинутых по расколотой на части твоей и моей преданной, распятой, метафизической родине – увядающей стране великого настоящего! Ты был первым поэтом, кто пропел об этом.

Спасибо, Егор, и покойся с миром!

КОНЕЦ

Тегтер: Гражданская Оборона , Егор Летов , Русский Рок , Панк , СССР

Читайте также

45 пікір