Обратная связь
×

Обратная связь

Аттестация. Часть вторая

    19 октября 2012 в 16:06
  • 19,3
  • 503
  • 16
  • 19,3
  • 503
  • 16

Завершение рассказа. Начало здесь

Зайдя в зал районного ДК, Игорь удивился: вообще-то, он думал, что играть придётся только перед аттестационной комиссией. То есть без публики. А оказалось, что весь немаленький зал набит битком. «Ничего себе!» — подумал Игорь, проводя рукой по влажной от такого количества людей стене.

Но, прочитав висящий на этой же стене плакат, он всё понял: комитет ВЛКСМ решил за счёт аттестации себе тоже поставить галочку и подал это мероприятие под соусом «Концерта-аттестации вокально-инструментальных ансамблей». И желающих послушать в воскресный день вокально-инструментальные ансамбли оказалось много. Даже очень много.

Аттестация. Часть вторая

 

Игорь поводил глазами по залу и вдруг увидел её — девочку по имени Оля. Ту самую, которая сидела перед ним на УПК. Боже, как только он не старался обратить на себя её внимание! Он и с вопросами какими-то к ней всё время приставал. И импортные электронные часы у брата одалживал и демонстративно перед Олиным лицом туда-сюда водил. И пирожные всякие разные покупал. Но ничего не помогало: ну, не умел он, как Гоша, кадрить девчонок одним взглядом!

— Синий, пошли! Заснул, что ли? – и Ленка дёрнула его за рукав. И Игорь послушно пошёл с остальными за сцену.

Встав за кулису, они посмотрели, как играют хозяева – коллектив районного ДК. Играли те, на Игоря взгляд, неплохо, но какую-то ерунду и без огонька.

Отыграв три песни, районное ВИА откланялось и ушло со сцены за ту же кулису, где торчал и Игорь с коллегами.

Вместо них на сцену быстро выкатилась румяная, дородная женщина бальзаковского возраста, и хорошо поставленным голосом провозгласила:

— А сейчас выступает вокально-инструментальный ансамбль Нижнедвинского Дома культуры!

Парень, игравший в районном ДК на гитаре, сразу спросил:

— Кто у вас на гитаре играет?

— Я, — ответил Игорь.

Районный снисходительно посмотрел на Игоря, и сказал:

— Слушай сюда. На гитаре играешь аккуратно, струны не рвёшь. И педальки ни в коем случае не трогаешь? Понял меня, пацан?

Игорь пожал плечами и ответил:

— Ну, понял…

— Слышь ты, академик, – подал голос здоровенный и заводной Гоша. – Ты что тут выступаешь? Давно в грызло не получал?

Районный быстро обернулся к Гоше. Но ответить ничего не успел: снова раздался пронзительный и радостный голос тётки:

— Ансамбль Нижнедвинского Дома культуры называется…, — и она повернулась и зло посмотрела на Ленку как на самую старшую.

— Всё, бухарики, всё, пошли, пошли! – и Ленка, схватив Гошу за воротник, попыталась выпихнуть его на сцену. Гоша, который не боялся и умел драться и с тремя взрослыми мужиками, ловко и аккуратно перехватил Ленкину руку, и, продолжая смотреть на районного гитариста, медленно, с нарочитым достоинством вышел на сцену. За ним потянулись и все остальные.

— Ансамбль называется… — никак не унималась тётка, и обратила свой взор на не спеша выходящего на сцену Гошу. Однако не нашла у него абсолютно никакого отклика.

— Ансамбль называется… — и она уцепилась взглядом уже за Игоря. От её пронзительного взора Игорю стало аж жарко, и он буркнул первое, что пришло ему в голову:

— «Дружба»...

И аккуратно обошёл тётку стороной.

— Ансамбль носит прекрасное название «Дружба»! – провозгласила, наконец, дама таким радостным тоном, будто она только что выиграла все номера в «Спортлото». И быстро убежала со сцены.

Игорь взял гитару. «Классная швайка!» — завистливо подумал он, надевая ремень на плечо. И тут его взгляд упал на педальки — блок эффектов, который по-дорогому, матово-серо отсвечивал на полу. «Ё-моё!» — только и смог сказать про себя Игорь, жадно читая названия педалек: «Дисторшн», «Флэнжер»… Это ж именно такой блок эффектов он и выпрашивал у Ивановича! Но тот неизменно отвечал одно и тоже: «Игорь, пойми — у Дома культуры нет сейчас денег! Нет! Совсем нет!». И Игорь плюнул и за тридцать шесть рублей сам себе купил простенькую педаль с эффектом «фузз». И забыл про свою мечту. А тут увидел её снова. Вот она — совсем рядом, просто под ногами! Манит, зовёт… И нога Игоря сама собой потянулась к педалькам. Но, вспомнив просьбу-приказ районного гитариста, он только вздохнул и посмотрел на Ленку. И увидел, что та сама смотрит на него вопрошающе. «Что?» — не понял Игорь.

— Песню советских композиторов давай! – прошипела Ленка, как профессиональный чревовещатель – то есть так, что в зале никто ничего не увидел и не услышал.

Песню советских композиторов… Игорь пожал плечами. Кто такие эти советские композиторы? Нет, примерно Игорь догадывался. Но вот конкретно, сходу, что сыграть?

И вдруг, как это часто бывало с ним в такие пиковые моменты, в его голове зазвучало вступление из какой-то песни. Игорь напрягся, внимательно вслушиваясь в музыку в своей голове, и начал играть. «Эх, сюда бы «фузз» хотя бы какой! Голо ведь звучит, совсем голо!» — посокрушался он, плотоядно поглядывая на блок эффектов, который так соблазнительно отсвечивал своим серебристым корпусом на полу. Но, мотнув головой, опять вспомнил о предупреждении хозяина гитары, и, только вздохнув, ещё раз сыграл вступление просто двойными нотами.

Его моментально подхватили спаянные не одной свадьбой и халтурой Гоша с Вовчиком. И Ленка, быстро сообразив, что к чему, плавно закачала бёдрами, протянула в зал ходящую ходуном после вчерашнего руку, и загадочно заныла: «Ру-у-уку мне дай, на середи-и-ине пути…». И по лицам членов комиссии Игорь понял, что, вроде, попал — это определённо была песня советских композиторов. Глянув дальше в зал, он увидел знакомых с УПК девчонок и Олю. Но, к сожалению, Оля на него совсем не смотрела. Она смотрела на Гошу, который, мужественно поводя широкими плечами, подпевал Ленке нижним голосом.

Игорь даже не обиделся. Он прекрасно знал своего друга — Гоша был абсолютно не надёжен в любых вопросах, касающихся девушек. Но во всех остальных он был готов биться за Игоря просто насмерть — не зря же он столько лет готовился поступать в Рязанское училище на офицера-десантника. Но оказалось, что не проходит по здоровью: врачи нашли у него какие-то проблемы с сердцем. «Слишком любвеобильное» — так сказала тогда Ленка.

И на девушек Игорь тоже не обижался: ну, как тут устоять – Гоша был стройный, как кипарис, и мощный, как дуб. И вот против фигуры кипарисового дуба, против отработанной до автоматизма поволоки в глазах и льстивых и сладких, как халва, речей ни одна девушка не могла устоять. Игорь уже давно привык и смирился со своей ролью — забирать на себя некрасивую подружку очередной красавицы, в которую втюрился Гоша. А втюривался Гоша часто и без оглядки.

Кое-как они домучили песню про руку. Зал жиденько похлопал, комиссия, сидевшая на первом ряду в центре, одобрительно покивала.

Немножко отогревшись под аплодисментами, Игорь расслабился. Булькнув пару раз гитарой, и не удовлетворившись звуком, он снова внимательно посмотрел на блок эффектов. А потом всё-таки не выдержал, взял да и наступил на педаль, на которой было написано «Дисторшн». И гитара в его руках встрепенулась, загудела, ожила. Игорь с чувством глубокого удовлетворением взял пару тяжёлых аккордов, и зал приветственно зашумел. А комиссия вдруг как-то сразу напряглась и на лицах у них появилось выражение какого-то тревожного ожидания. Причём ожидания чего-то явно недоброго.

Игорь же, сразу откликнувшись на реакцию зала, заиграл первый пришедший ему в голову рифф. Кивнув головой, его подхватил Гоша, а, подождав круг, и Вовочка. И они зазвучали совсем по-другому – сильно, мощно, уверенно. И Гоша запел: «Ты можешь ходить, как запущенный сад…».

Игоря бросило в холодный пот: «Это что — оттуда рифф?! Ё-моё! Это ж надо было мне именно это наиграть!». Но было поздно – в припеве к Гоше на терцию вверх подстроилась Ленка, и под слова: «Теперь ты устал и тебе всё равно, как жизни остаток прожить. И тут на тебя все похожи давно, Кого ты хотел удивить?» зал просто встал на уши. И их всех – Игоря, Ленку, Гошу, Вовочку — понесло.

Изливая всё свое нервное и больное утро в тяжёлых звуках гитары, Игорь с улыбкой смотрел на членов комиссии. А те, опустив глаза вниз, сидели с таким видом, словно у них всех одновременно умерли все родственники. И что-то чёркали в своих блокнотиках.

«Ну и хер на вас!», — зло подумал Игорь, и с какой-то особой, мстительной тщательностью проехав по струнам гитары медиатором, заставил её завыть как пикирующий бомбардировщик. А потом, упав на колени, начал поливать запил за запилом. Зал взревел. И Игорь забесновался. Вскочив обратно на ноги, он начал играть тэппингом, и гитара зажурчала, как мартовский ручеёк. Не переставая играть, он, вспомнив брейк-данс, на одних стопах подъехал к Гоше. А потом повернулся к Вовочке и поднял голову, показывая всем, что сейчас будет кода. И пронесшись в последний раз сверху вниз по струнам, на высокой, какой-то несчастной и одинокой, пронзительно свистяще-плачущей подтяжке вдруг резко всё оборвал. И развернулся к залу.

Почти все в зале стояли на ногах, и что-то кричали. Игорь, перехлестнув шнур гитары себе за спину, спокойно вернулся на место. Снова глянув туда, где сидели знакомые девчонки с УПК, он увидел, что теперь-то Оля смотрит уже на него. И смотрит такими глазами, какими даже на Гошу не смотрела.

А Гоше это было уже всё равно: расправив свои широченные плечи, он просто искрился от оваций зала и мегатоннами излучал в него обратно свою природную сексуальность. Они все, вся их группа, получив, наконец, привычный отклик публики, стали собой: Вовочка начал, как обычно, подкидывать и ловить палочки, а Ленка заулыбалась, как Мона Лиза, и стала делать залу реверансы. А потом поднесла микрофон к самым губам и томно, загадочно и многообещающе полупроговорила-полупрошептала:

— А следующей песней, которую мы хотим для вас исполнить, будет песня, рождённая в нашем коллективе…

И, вытянув руку с микрофоном подальше ото рта, она закричала Гоше: «Листопад!». Тот кивнул, а она уже повернулась к ударной установке и снова заорала: «Листопад»! Вовочка, мать твою! «Листопад!». Вовочка заулыбался в ответ и снова зажонглировал палочками. Ленка подмигнула Игорю и кивком предложила начать. И он, не теряя времени, быстренько тыкнул ногой во флэнжер на блоке эффектов, вдохнул и…

Никогда в жизни Игорь не видел, чтобы женщина таких лет и такой комплекции так стремительно передвигалась — в два прыжка объявляющая тётка подпрыгнула к Ленке и зло вырвала микрофон у неё из рук. А потом радостно заголосила:

— Давайте поблагодарим ансамбль «Дружба» за их выступление. Поблагодарим, поблагодарим…

И она сама заплескала в толстые ладошки. И посмотрела на Ленку взглядом гюрзы.

Ленка была старая. Ленка всё понимала. И развернувшись к остальным, она тихо сказала:

— Всё, бухарики. Уходим…

Игорь снял гитару и протянул подбежавшему хозяину. Парень, ещё две песни назад смотревший на Игоря с таким нескрываемым снисхождением, взял её в руки, и, секунду помявшись, торопливо сказал:

— Слышь, слышь, подожди, не уходи… А как ты так делал, чтобы гитара вот так вот – и-и-и-и-у-у-у…

Игорь вздохнул, и развёл уже руки, собираясь показать, как. Но был дёрнут за рукав Ленкой:

— Синий, пойдём. Пойдём, говорю! Михалыч ждёт – ему ещё картошку везти!

И виновато улыбнувшись районному гитаристу, Игорь побрёл к выходу за вновь напялившей свои солнцезащитные очки Ленкой.

***

Аттестация. Часть вторая

 

— Разгонят нас, — без всякого выражения сказал Ленка, выпуская сигаретный дым из ярко накрашенных губ. Все промолчали. Гнетущее молчание, тоскливо повисшее в стылом, холодном воздухе автобуса, можно было запросто пощупать рукой.

— В школе можно будет играть, — сказал, наконец, Гоша.

Вовочка, который был на год старше Игоря и Гоши, отрицательно покачал головой:

— Не, там уже малые какие-то на нашем аппарате играют… Мне завуч говорила…

«Заколебали эти малые!» — неприязненно подумал Игорь. И сразу вспомнил про школу. Наверно, завтрашнее НВП он снова проспит из-за танцев. И преподаватель НВП Костя Желудок, который за что-то сразу невзлюбил Игоря, будет опять компостировать ему мозг — как можно, командир взвода, тыры-пыры…

— Завуч? – оживился тут Гоша. – Зоечка? Так я с ней договорюсь! — и он уверенно засиял белозубой улыбкой.

— Да уж, — протянула Ленка. – Ты договоришься… Ты так договоришься, что нас вообще никуда не пустят…

И тут Михалыч, резко ударив по тормозам, остановил автобус и закричал им в салон:

— Хорош болтать, трудовые резервы! Приехали!

И все уныло потянулись к выходу.

Аттестация. Часть вторая

 

Выйдя, они сразу увидели Ивановича, одиноко стоящего у входа в ДК.

— Ну, что, Иванович… — заговорила Ленка, сняв свои очки.

— Да ладно, Лена, — растрогано прервал её Иванович. – Ничего не говори: мне уже позвонили… Всё рассказали…

И Иванович обнял Ленку.

— А Иванович-то уже хорош, — тихо сказал Гоша Игорю, прищурив глаза. Вовочка Овечкин, стоявший рядом, только кивнул, соглашаясь.

А Иванович, оторвавшись, наконец, от Ленки, со слезой в голосе сказал:

— Молодцы! Молодцы! Я, честно говоря, даже не надеялся… Но вы молодцы. Это ж такую аттестацию пройти! В районе!

И Иванович, показывая всю крутизну районной аттестации, тыкнул указательным пальцем куда-то в серое небо.

— Так, что, шеф, вам из района уже сообщили, что мы аттестацию на ура прошли? Лучше всех? – спросила у Ивановича Ленка, всегда и во всём ориентировавшаяся быстрее всех.

— Да, дорогие вы мои. Позвонили, — сказал Иванович и, стесняясь, украдкой смахнул слезу. – Пойдёмте, отметим это дело – мне тут принесли…

— А пожрать есть что? – деловито поинтересовался вечно голодный Гоша.

— Есть. Всё есть – колбаса, котлеты. Сало. Всё есть, мои дорогие. Пойдёмте, – и Иванович, взяв Ленку за руку, повёл её к входу. Гоша с Вовочкой потянулись следом.

— Мне домой надо. Покушать, — вдруг сказал Игорь.

— Да тут поедим! — заулыбался Гоша.

— А маме твоей я позвоню! – торопливо закивал Иванович.

Игорь неопределённо повёл головой. Все остановились и выжидательно уставились на него.

— Ладно, — сказал, наконец, Игорь. – Идите, я покурю.

Все, облегчённо вздохнув, пошли внутрь.

Игорь достал из кармана пачку «Космоса» и закурил. Пошёл лёгкий, почти незаметный дождь. Глядя на жёлтые деревья вокруг ДК, на опавшие листья, по которым так грустно плакал дождь, Игорь подумал: «Надо как-то и за учёбу взяться. Последний год как-никак». И щелчком отправив фейерверком крутящийся окурок в урну, пошёл в ДК. К своим друзьям.

Теги: вне потока , культура , музыка

16 комментариев

173 Virvir
19 октября 2012, 16:06