Обратная связь
×

Обратная связь

Про Василька

    21 декабря 2020 в 20:49
  • 2494,5
  • 135
  • 32
  • 2494,5
  • 135
  • 32

Про елку напишу чуть позже.


И поставлю ее, красавицу, тоже позже. Тут важно не торопиться, не пресытиться праздником перед 31 декабря. Не смотреть новогодние фильмы, не слушать новогодние песни, не есть мандарины килограммами и не ставить елку слишком заранее, чтобы она не «замылила взгляд». Это томительное ожидание, тщательная подготовка к волшебной ночи перемен – тоже составляющая этого чудесного праздника, совершенно отчетливо пахнущего детством.


Помню свой первый Новый Год в роли полноправной хозяйки в первый год замужества (а свадьба была 25 декабря, между прочим). Это, скажу я вам, большая ответственность,- тут важно не облажаться, показать все свои кулинарные и организационные навыки,- все чему учила мама и книга «Энциклопедия домашнего хозяйства».


Я расстаралась тогда на славу- наготовила тазиками все виды известных мне салатов, холодцы-закуски, гусь в духовке с черносливом и прочее и прочее. Не учла только того, что мы решили никого не приглашать и никуда сами не ходить- так сказать, встретить Новый Год своей новой ячейкой общества и потому с количеством еды, конечно, перестаралась))


Целый день я шуршала на кухне в фартучке, старательно хлопала по рукам голодного мужа, пытающегося стащить с разделочной доски нарезанную колбасу или кусочки сельди (а что, - так моя мама всегда делала), торопилась, суетилась – и уже к 7 часам вечера стол ломился от вкусностей, приготовленных, наверное, на роту солдат (а что, - мама всегда много готовила))).


Муж, урча животом, уговорил «проводить старый год». Голодные оба, мы накинулись на салаты и закуски и уже к 9 вечера смотрели друг на друга осоловевшим, пресыщенным взглядом, не в силах даже пошевелиться. Я так облопалась, что дышать было тяжело, а новоиспеченный муж и вовсе откинулся на спинку стула и простонал «Уберите стол, он едой воняет…». «А как же- ик-Новый Год?»- задремывая, спросила я.


Едва дотерпев до 12 часов, мы грустно хлопнули хлопушкой, облегченно чокнулись бокалами с шампанским и мгновенно уснули, чуть ли не сидя за столом)))


«Ты умела готовати, да не умела подавати»- так сказала бы моя бабуля-хохлушка. Всему свое время, стало быть… Так что о елке до 25 декабря ни-ни.


Расскажу лучше про свою первую любовь. Про жаркое лето, про пионерский лагерь «Ручеек». В такую холодную погоду, как сейчас, самое время вспомнить яркое солнышко, огромные зеленые тополя, журчание того самого ручейка, в честь которого, наверное, и был назван тот самый лагерь.


Как медицинский работник, мама каждое лето получала направление от профсоюза на работу в медпункте пионерского лагеря «Ручеек».


Старшая сестра отправлялась в один из отрядов, а я по возрасту ни в один отряд в то время не попадала- слишком мелкая была- 4 годика))) И оставалась с мамой жить в медпункте, мешать ей работать, а всем остальным – заниматься пионерской деятельностью и отдыхать)). Нет, я не была озорным ребенком, скорее даже тихой и послушной девочкой- просто заняться мне было нечем, ровесников моих там не было- вот и путалась поначалу (до встречи с НИМ) у всех под ногами.


Потом помню, как мама три-четыре раза в день ходила в столовую «снимать пробы»- то бишь, проверять еду, приготовленную для пионеров, а я ходила с ней, с важным видом загребала в карманы конфеты, печеньки и булочки, сообщая снисходительно улыбающимся столовским работницам, что со сладостей тоже надо обязательно пробу снимать.


Конфеты и прочие вкусности предназначались моему любимому. Моему Васильку.


Я не помню, то ли его звали Василий- и отсюда Василек, то ли я сама его назвала так из-за цвета глаз. Вот глаза его я помню очень хорошо, отчетливо. Необыкновенные, ярко-синие, в обрамлении черных ресниц- сейчас такие «делают» с помощью цветных линз- вот прям такие же яркие они были у него…


И вообще, он был оглушительно, невероятно красив!


Это был мальчик из старшего отряда (наверное, лет шестнадцати). Жгучий брюнет, высокий (хм, вообще-то, для меня тогда все были высокими, так что на самом деле не знаю))) и очень- очень добрый.


Едва увидев его васильковые глаза, я совершенно явственно «пропала». Мое маленькое сердечко затрепетало, запрыгало, как солнечный зайчик по потолку; я даже помню, как дышать мне стало вдруг тяжело- тяжело и от слез в глазах защипало…


Я очень глубоко вздохнула, вцепилась в его штанину и объявила всем, что он- мой Василек…


С тех пор эту штанину я старалась из своих пальчиков не выпускать и везде ходила с ним рядышком, как приклеенная . У вожатых, его друзей по отряду, у моей мамы - эта моя привязанность вызывала лишь добрую улыбку, да и самому Васильку нравилось со мной возиться, играть в мячик, качать на качелях почти «до солнышка», купаться со мной в запруде речки, подбрасывать меня, хохочущую, и окунать обратно в прохладную воду.


Мальчишкам-друзьям он меня в обиду не давал никогда; не позволял и над собой подтрунивать по поводу меня, да все к тому же быстро как-то привыкли, что я неизменно на его штанине вишу.


Если хотелось ему с друзьями поиграть в футбол или там другие мальчишеские игры- он просто говорил: «Кнопка, посиди здесь, ладно?»- и сажал меня в тенечек, откуда я наблюдала за своим кумиром, терпеливо ожидая окончания игры.


На правах моей «няньки», Васильку разрешалось многое из того, что запрещалось другим детям из лагеря- например, не спать в «тихий час», если мне вот совершенно спать не хотелось. Тогда мама тихонечко Василька из отряда забирала и мы с ним делали что хотели: купались в речке, рыбачили (но это уже в тайне даже от моей мамы, ведь рыбачить всем было строго запрещено).


Мы даже совершали нечто совсем-совсем запретное: гуляли за пределами лагеря и искали гнезда сов, с целью взять из гнезда совенка и притащить его в лагерь, спрятать, приручить, а потом, после окончания лагерного сезона, забрать домой. Это была какая-то «вселагерная» стихийная забава.


Несмотря на яростные протесты и строгий запрет старших, вожатых и воспитателей; несмотря на то, что совят потом неизменно находили в палатах и конфисковали, а нарушителей порядка- малолетних браконьеров- потом "песочили" на пионерских собраниях и линейках, все упорно хотели завести себе сову в качестве домашнего питомца и запретная охота продолжалась.


Василек также мог, по индульгенции моей мамы, пропускать малоприятные лагерные обязанности- например, утреннюю зарядку (ведь я его с самого утра в медпункте ждала), уборку территории- ай, нам было чем в это время заняться- играть, веселиться!. Опять же, сладости из столовой в огромных количествах «на пробу» и всякие фрукты – ягоды, даже мороженое (мама часто ездила в город «по делам» и привозила оттуда всякие вкусняшечки)- все отдавалось ему моей щедрой ручкой; я так любила радовать его, быть для него если не незаменимой, то хотя бы особенной. И это был бы для него, наверное, самый приятный и вольготный лагерный сезон, если бы не одно «но».


Девочки.


Девочек рядом с МОИМ Васильком и вообще в его окружении я не выносила совершенно. Будь моя воля, я бы вообще всех девочек- и красивых и некрасивых- из лагеря выгнала вон!. Они приводили меня в бешенство: из маленького нежного облачка я превращалась в темную грозовую тучку, исподлобья смотрела на любую, посмевшую заговорить с моим любимым, вообще подойти к нему и тем более- о, ужас!- пригласить на медленный танец во время вечерней дискотеки!


Я щипалась через штанину, капризничала, хныкала и придумывала любой повод- только бы уйти от очередной «захватчицы» и увести за собой его, ведь он принадлежал только мне, мне одной!


«Кнопка, ты чего?»- спрашивал меня Василек, когда я (беспричинно, как ему казалось) начинала горько плакать и просить «увести меня отсюда немедленно». «Ничего»- чисто по-женски отвечала я, надув губы (вот откуда это женское «ничего»,под которым скрывается много невысказанных обид, претензий и остальной всякой разной чепухи!)))


А ведь он был красавчиком, вполне себе взрослым парнем. Наверняка не я одна в этом лагере по нему «сохла». Наверняка и ему нравились девочки – по крайней мере, мне казалось, что он на них «смотрел»- и тогда я готова была выцарапать его васильковые глаза, закричать, больно ударить, не ведая при том, что это называется- ревность!


Моя любовь, хоть и было мне 4 года, была, как я теперь понимаю, совершенно женской, взрослой.


Я кокетничала с ним, хлопая ресничками (с утра втихаря тренировалась у зеркала- как посмотреть искоса, как красивее поправить волосы, как взмахнуть юбочкой))))


Ох, с рождения, наверное, сидит в нас, женщинах, праматерь Ева! Это она нашептывает нам способы соблазнения противоположного пола- иначе откуда мне, ребенку, было знать все это?


Я ведь даже не знала само слово «соблазн», не понимала для чего мне все это нужно, почему на Василька эти мои взмахи ресничками должны оказать эффект и какой именно эффект мне был нужен, я тоже не знала.


Я хотела ему понравиться и мне недостаточно было, когда на мой вопрос «Я красивая, Василек?» , он отвечал с улыбкой: «Ты очень-очень красивая, Кнопка»- и щелкал меня по носику пальцем, как щёлкнул бы сестричку. Мне нужно было, чтобы он посмотрел на меня так, как смотрел на тех, "захватчиц", а потом бы я выросла и был бы"пир на весь мир" и мы бы жили "долго и счастливо", как принц и принцесса из сказки.


Высказать я все это не могла, поскольку и сама не понимала, что именно меня не устраивает сейчас, как именно "не так" смотрит на меня мой Василёк и как это ТАК смотрит на девочек постарше...


Прародительница Ева шептала, что для достижения моей цели, нужно стащить у мамы губную помаду и слегка подкрасить губы, например, или взмахнуть ресничками вот так, а юбочкой вот эдак)))


Откуда-то я знала, что, спроси я его в лоб "Ты женишься на мне, Василёк?", он как обычно, легко и весело ответит "Конечно, Кнопка, когда подрастешь!", засмеётся и нифига-нифига не женится.


Откуда-то я знала, что мне нужна "многоходовочка", как в шахматном турнире- вернее сказать даже- не знала, а чувствовала, что сначала он должен увидеть во мне не только свою маленькую "кнопку"...


Это совершенно точно, Ева!


Расставания с ним я не помню. Наверное, просто закончился лагерный сезон и мы разъехались, а моя память, как обычно, услужливо стерла боль разлуки...


...Интересно, где он сейчас? Вспоминает ли хоть иногда меня, маленькую девчушку, висевшую на его штанине?


К слову, мне кажется, я никого не любила потом так, как его. Наверное, потому, что сердечко мое было маленьким-маленьким и любовь тогда заполнила его до самого краешка...

Теги: орда , юмор , м&ж , дом , семья , дети , вне потока

32 комментария

50 Negeysha
21 декабря 2020, 20:49