Казахстан ждет конкретных предложений от западных партнеров по развитию проектов Карачаганак и Тенгиз. Ряд событий произошедших в рамках минувшей нефтяной недели, позволяет говорить о том, что вопрос дальнейшей реализации этих проектов ставится все более жестко.

Первую порцию пищи для размышлений подкинул ставший ежегодным Евразийский форум Kazenergy, а именно состав основных его участников. Главной фишкой форума стало скорей не участие Ларри Кинга, а отсутствие в этом году в числе спикеров представителей китайских и российских компаний. В то время как западные гиганты — BG, Exxon Mobil и Total делегировали в Казахстан топ-менеджеров, пусть и на уровне заместителей, Лукойл был представлен руководством регионального подразделения, а китайская CNPC вообще никак не проявилась в рамках этого события. Хотя сам по себе форум, давно уже стал одной из основных площадок для дискуссий или, по крайней мере, рабочих встреч иностранных инвесторов и властей Казахстана.

Возможно, причина кроется в том, что проекты с участием этих компаний не являются предметом переговоров с правительством Казахстана (за исключением Лукойла, но компания и раньше публично не заявляла своей позиции в рамках переговорного процесса). С этой точки зрения, весьма логичным и даже целенаправленным воспринимается заявление вице-президента BG Group Криса Финлэйсона о намерении компании и всех партнеров по Карачаганакскому проекту приступить к активной фазе освоения месторождения в тесном партнерстве с Казахстаном.

Тем временем, сразу после выступления вице-президента BG, в кулуарах форума стали распространяться информация о назначении Болата Акчулакова главой «КазМунайГаза» и соответственно об уходе Каиргельды Кабылдина на пост главы «КазТрансОйла».

Рассуждая о причинах такого кадрового решения, стоит учесть последнее место работы господина Акчулакова — ТОО «PSA». Эта организация, которой делегированы полномочия представлять интересы государства во всех крупных контрактах на добычу полезных ископаемых, в числе которых те же Кашаган, Карачаганак и Тенгиз. Неслучайно, на пресс-конференции по итогам форума глава “Самрук-Казына” Тимур Кулибаев, опережая вопросы журналистов, пояснил причины такого решения. “Мы считаем, что его назначение на пост главы “КазМунайГаза” придаст динамичности переговорам по всем этим трем проектам”, – сказал господин Кулибаев.

А вот динамики как раз и не хватает. Обещанное на осень этого года завершение переговоров по вхождению Казахстана в Карачаганакский проект теперь передвинуто на конец года. При этом министр нефти и газа Казахстана Сауат Мынбаев отметил, что урегулирование вопросов по этой сделке имеет «пакетный характер и пока этот пакет не будет сформатирован, нельзя вообще говорить ни о чем». Таким образом, ясности по дальнейшему развитию проекта пока нет ни у кого.

По проекту второй фазы освоения месторождения Кашаган также сохраняется неопределенность, хотя и ожидается, что проект должен быть представлен министерству нефти и газа до конца года. Не менее важный для дальнейшего развития отрасли, да и в целом экономики Казахстана проект расширения добычи нефти на месторождении Тенгиз, пока что также не оформлен документально.

Таким образом, кадровые изменения в КМГ, в первую очередь, продиктованы расстановкой новых приоритетов в вопросах развития нефтегазовой отрасли Казахстана.